Nikolay Ge, 1831-1894



Nikolay Nikolaevich Ge has initially become famous for his paintings on a religious topic, predominantly New Testament subjects, promoting the saving message of the Gospel. He also has decided to live according to the precepts of the gospels and the early fathers. One of the most acknowledged artists in Russia nowadays, Nikolay Ge being forty-four years old, left the pretentious and dazzling capital to settle on a distant Ukrainian farm, where he, in addition to painting, was helping simple people, mainly peasants, and was primarily engaged in building stoves for locals. The artist's escape from St. Petersburg was not an accident: the constant switch of breakthroughs and failures has become his destiny. The entire artistic life of Ge was full of these radical transformations. The massive success of the “Last Supper” (1863) was followed by persecution of “The Harbingers of the Resurrection” (1867). After a triumph at the first exhibition of the Society for Travelling Art Exhibitions which had been caused by the painting “Peter the Great Interrogating the Tsarevich Alexei Petrovich at Peterhof” (1871), the failure associated with the paintings “Pushkin in the village Mikhaylovskoye” (1875) and “Catherine II at the tomb of Elizabeth” (1874) has followed. His paintings of the Passion of Our Lord series were removed from exhibitions; they were forbidden by The Holy Synod; they were subjected to all sorts of persecution, and Ge, a man of surprisingly kind and open soul, has chosen a challenging path of experiment and exploration, which has been considered ‘heretic’ from many viewpoints and which, in fact, very few men can pursue. From being a humble student of the Imperial Academy of Arts, he has stepped directly into the Professor status. Emperor Alexander III was essentially arguing with a patron of the arts, Pavel Tretyakov, for the right to purchase one of the Ge’s historical paintings. Nikolay Ge was working in his Florentine studio for fourteen years, and then he returned to Russia and ended his life as a provincial landowner. One of the founders of the Association of Wanderers and its Treasurer, he has become the best stove-maker of Chernigov Gubernia (province). 

Nikolay Ge was born on February 15 (N. S. February 27) in 1831. A talented young man from Voronezh, a descendant of a French nobleman who had fled the Revolution, Nikolai Ge entered the Imperial Academy of Arts in St. Petersburg in 1850, after two years of studying at the physics and mathematics faculty first at the University of Kiev, and then at St. Petersburg. In 1857, he graduated from the Academy with honours and received a big gold medal and the official status of the first-degree artist for the painting “The Witch of Endor Invoking the Spirit of the Prophet Samuel” (1857). As the first among the best graduates, he was sent to Europe for six years to proceed with his internship. During his trip, the artist visited Switzerland, Germany, France, and in 1860 he moved to Italy. Having settled in Florence, as many as five years of the time that the artist spent in Italy, he committed to a creative search, and only after a careful study of the New Testament, he finally has found his theme. In 1863 he returned to St. Petersburg to show his main creation. The St. Petersburg’s audience was amazed by the painting "The Last Supper” (1863): the work stood out with its modern interpretation of the well-known religious plot and quite recognisable portraits instead of generic facial features of the figures. For instance, the artist has given the characteristics of a dissident and political emigrant Alexander Herzen to the image of Christ, and he captured himself in the image of the Apostle Peter. This painting has caused such a turmoil with its innovative spirit at the exhibition in St. Petersburg and immediately brought the status of Professor of historical and portrait painting to Nikolay Ge. 

Returning to Italy the following year and inspired by his success, Ge painted two more biblical stories in his Florentine studio: “The Harbingers of the Resurrection” and “Christ praying in Gethsemane” (the 1880s). Unfortunately, these works did not receive such a positive and enthusiastic response and resonance, which had been drawn by “The Last Supper”. “The Harbingers of the Resurrection” was forbidden to exhibit at the Imperial Academy of Arts, and, moreover, the audience was ridiculing her roughly. The artist was depressed by this string of bad luck. Soon, after thirteen years of living in Italy, he returned home to reconsider his whole career and change the subject of his art. In 1870, Nikolay Ge together with his fellow artists Grigory Myasoedov (1834 - 1911) and Ivan Kramskoy (1837 - 1887) created the Society of Travelling Art Exhibitions in St. Petersburg. It happened to become the most advanced artistic platform of its time. It was Nikolay Ge who has come up with the original idea of the Society of Travelling Art Exhibitions. He wanted to give freedom to artists: to liberate them from dependence on the commissioner and patron. Ge’s mathematical education enabled him to become a Treasurer of the Society and to establish himself in this role. Nikolay Ge again becomes a pioneer and founder of the artistic division with his work "Peter the Great Interrogating the Tsarevich Alexei Petrovich at Peterhof”. The artist had to create an exact copy of the painting after the Emperor expressed a desire to buy a painting that had already been bought by Pavel Tretyakov. However, Ge’s following paintings on the historical theme, including the paradigmatic work for the Russian art, “Pushkin in the village Mikhaylovskoye”, once again were criticised by the public and authorities. Then, Ge, who took his fails quite hard, decided that St. Petersburg is not the right environment for him. He was not recognised as a great artist, and he did not want to use painting just as a means of earning a living. In 1876, together with his family, wife and two sons, he went to a remote farm Ivanovskoye in Chernigov province, Ukraine, as it turned out, for good. 

Shortly after Ge’s departure, his hermit lifestyle has become the main news in the capital. The artist gradually has come to Leo Tolstoy’s philosophy - not to force others to listen to you. Ge was a close friend of Tolstoy; he painted a portrait of the writer and often visited Yasnaya Polyana, and Leo Nikolayevich sometimes travelled on foot to come over to the artist’s house. Following Tolstoy’s example, Ge has refused to employ labour, preferring to do everything himself, quit smoking, and become a vegetarian. He was engaged in agriculture growing even tobacco and sugar beet and looking after his gardens. He was proud that his farm was more profitable than the peasant land around. The whole family of the artist participated in this way of life. For Nikolay Ge, Ivanovskoye farm was almost the same thing as Yasnaya Polyana was for Leo Tolstoy: a family nest, a field for social experiments, and a creative studio. The artist participated in local elections and worked for several years in Zemstvo institutions. Nikolay Ge also painted portraits. Especially famous are the images of his contemporary writers: I. S. Turgenev (1871), M. E. Saltykov-Shchedrin (1872), N. A. Nekrasov (both portraits 1872), L. N. Tolstoy (1884). The artist destroyed one of his paintings, called “Mercy” (1880). His approach to painting was extremely dramatic and scrupulous — Ge could endlessly improve any detail until it seemed to him the most appropriate to his creative concept. He painted his next masterpiece working on the farm: “Quid Est Veritas? Christ and Pilate” (1890). Ge brought the painting to the capital for another exhibition of the Society of Travelling Art Exhibitions. Assessing the virtuosity, grandeur and scale of the work, his fellow artists have assigned the best place at the exhibition to this picture, and Nikolay Ge was elected Chairman of the Society of Wanderers. However, the image of Christ in the picture is too different from the usual iconographic faces, where he looks equally beautiful in his physical, moral and spiritual state. The Holy Synod was outraged by what they have considered being the insult to the feelings of believers. Emperor Alexander III issued a final verdict: "The picture is disgusting”, and it was removed from sight. The repression to which the picture was subjected, only fuelled the interest of the public, and the canvas went to travel to Europe, where it has caused a stir and eventually received a lot of praising reviews. However, almost no one could appreciate Nikolay Ge’s work, which had been created in rural solitude, in St. Petersburg and Moscow. 

The final manifesto of the artist was his grand painting “The Crucifixion” (1892). It took ten years of Nikolay Ge’s life to paint the death of Christ. He, again and again, was translating this story to the canvas. The final version turned out to be the nineteenth attempt to make it right. During the process of creation, the artist was working from life: he installed a real cross with loops for the hands and the crossbar for the feet in his studio. He believed that his models should suffer almost as much as Christ, and even he himself has ascended the cross. Ge has set himself the task of making the audience cry, not just to be touched, depicting the passion of Christ. Of course, the artist was a believer, and he wanted to convey the suffering that the Saviour has experienced. Nikolay Ge took the painting to the exhibition of Wanderers in St. Petersburg, but first, he showed the work of Leo Tolstoy in Yasnaya Polyana. Tolstoy tearfully said that it feels exactly like how it happened in reality. However, the verdict of the chief censor, Emperor, this time was even crueller: “This is a massacre!”. On its first day in St. Petersburg, the painting was withdrawn from the exhibition, and it fell under the ban. In the Tretyakov gallery, it was stored in a separate room, behind a closed curtain. The public saw the "Crucifixion" only when the picture left Russia - at an exhibition in Paris in 1903. Until the end of his days, Ge was experimenting with his art, shocking his contemporaries, and paved the way for the next generation. In light of the new artistic language of the next century, Nikolay Ge has become a herald of Expressionism. The artist died on his farm on June 1 (N. S. June 13) in 1894 at the age of sixty-three years.Николай Николаевич Ге изначально прославился своими полотнами на религиозную тему и сам решил жить по Евангелие. Один из самых признанных живописцев России, Николай Ге в сорок четыре года уехал из столицы, чтобы поселиться на далеком украинском хуторе, где он, помимо занятий живописи, просто помогал людям, в особенности, он занимался тем, что клал печи. Бегство художника из Петербурга не было случайностью: чередование прорывов и провалов стало его судьбой.Такие перепады сопровождали Ге всю жизнь. За успехом “Тайной Вечери” (1863) последовало гонение на “Вестников Воскресения” (1867). После громкого успеха на первой передвижной выставке его картины “Петр I допрашивает царевича Алексея Петровича в Петергофе” (1871) был провал, связанный с созданием картины “Пушкин в селе Михайловском” (1875) и картины, посвященной Екатерине II, “Екатерина II у гроба Елизаветы” (1874). Его картины страстного цикла снимали с выставок, их запрещал Священный Синод, они подвергались всякого рода гонениям, и Ге, человек удивительно добрый и расположенный к людям, избрал очень трудную дорогу первопроходцев и еретиков, которая выпадает немногим. Из учеников Императорской Академии художеств он шагнул сразу в профессора. За право купить его историческое полотно Император Александр III заочно спорил с меценатом Павлом Третьяковым. Тринадцать лет он трудился в своей флорентийской мастерской, чтобы потом вернуться в Россию и закончить жизнь провинциальным помещиком. Один из основоположников товарищества передвижников и его казначей, он стал лучшим печником Черниговской губернии. 


Николай Ге родился 15 февраля (27 февраля по новому календарю) 1831 года. Талантливый юноша из Воронежа, потомок французского дворянина, бежавшего от революции, Николай Ге поступил в Императорскую Академию художеств в Санкт-Петербурге в 1850 году, предварительно проучившись два года на физико-физико-математическом факультете сначала в Киевском университете, а затем в Петербургском. В 1857 году он с отличием окончил Академию и за картину “Саул у Аэндорской волшебницы” (1857) получил большую золотую медаль и звание классного художника 1-й степени. Как первого среди лучших выпускников, его отправляют на стажировку в Европу на шесть лет. Во время своей поездки художник побывал в Швейцарии, Германии, Франции, а в 1860 году переехал в Италию. Поселившись во Флоренции, целых пять из них художник потратил на творческий поиск, и только вчитавшись в Евангелие, он нашел свою тему. В 1863 году он вернулся в Санкт-Петербург, чтобы показать свое главное творение. Петербургская публика была поражена работой “Тайная Вечеря” (1863): тем, как как современно выглядел сюжет религиозной картины, и узнаваемыми портретами на ней. Образу Христа художник придал черты диссидента и полит-эмигранта Александра Герцена, а в образе Апостола Петра он запечатлел самого себя. Эта картина вызвала фурор своим новаторским духом на выставке в Петербурге и принесла Николаю Ге статус профессора исторической и портретной живописи. 

Вернувшись в Италию на следующий год и вдохновленный успехом, Ге в своей флорентийской мастерской написал еще два библейских сюжета: “Вестники Воскресенья” (1867) и “Христос в Гефсиманском саду” (1880-е). Эти работы, к сожалению, не имели такого положительного отклика и резонанса, какие снискала картина “Тайная Вечеря”. В Академии художеств “Вестников Воскресения” запретили выставлять, а публика ее грубо осмеяла. Черная полоса неудач удручала художника. И вскоре, после тринадцати лет жизни в Италии, он возвращается на родину, чтобы сменить тему. В Петербурге в 1870 году Николай Ге вместе с художниками Мясоедовым и Крамским создает Товарищество Передвижных Художественных Выставок - самую передовую площадку своего времени. Именно Николаю Ге принадлежала идея Товарищества. Он хотел дать свободу художникам: освободить их от зависимости от заказчика. Математическое образование Ге позволило ему стать казначеем Товарищества и утвердится в этой роли. Николай Ге снова становится первопроходцем и основателем школы со своей работой “Петр I допрашивает царевича Алексея Петровича в Петергофе” (1871). Художник написал точную копию картины, после того, как Император изъявил желание приобрести картину, которая уже была куплена Павлом Третьяковым. Однако, следующие картины Ге на историческую тему, в том числе и хрестоматийная “Пушкин в селе Михайловском” (1875) публика вновь освистала, и тогда, Ге, тяжело переживая свои неудачи, решил, что Петербург не для него. Большим художником его не признают, а заниматься живописью как ремеслом он не хотел. В 1876 году вместе с семьей, женой и двумя сыновьями, он уехал на отдаленный хутор Ивановское в Черниговской губернии, как оказалось, насовсем. 

Первое время после отъезда Ге, его отшельничество стало главной новостью в столице. Художник постепенно пришел к “толстовскому” мировоззрению - не заставлять других слушать себя. Ге тесно дружил с Толстым; он написал портрет писателя и часто бывал в Ясной Поляне, а Лев Николаевич иногда пешком приходил в гости к художнику. Вслед за Толстым, Ге отказывается от наемного труда, бросает курить и становится вегетарианцем. Он занимался хозяйством: выращивал табак, сахарную свеклу, ухаживал за садами. Он гордился тем, что его хозяйство было более рентабельным, чем крестьянские земли вокруг. Вся семья художника участвовала в этом образе жизни. Хутор Ивановское для Николая Ге это почти то же, что и Ясная Поляна для Льва Толстого: и семейное гнездо, и поле для социальных экспериментов, и творческая мастерская. Художник участвовал в местных выборах и несколько лет работал в земских учреждениях. Николай Ге писал и портреты. Особенно известными стали изображения писателей-современников художника: И. С. Тургенева (1871), М. Е. Салтыкова-Щедрина (1872), Н. А. Некрасова (оба портрета 1872), Л. Н. Толстого (1884). Художник уничтожил одну из своих картин, именуемую “Милосердие” (1880). Его подход к живописи был крайне драматичен и щепетилен - Ге мог до бесконечности совершенствовать какую-либо деталь, пока она не казалась ему наиболее соответствующей его замыслу. На хуторе он написал свой следующий шедевр - “Что есть истина” (1890). Ге привез картину в столицу на очередную передвижную выставку. Оценив масштаб работы, коллеги-художники отвели этой картине лучшее место в экспозиции, а самого Николая Ге выбрали председателем Товарищества Передвижников. Однако, Христос на картине слишком отличается от привычных иконописных ликов, где он выглядит прекрасно и духовно, и нравственно, и внешне. Святейший Синод возмущен оскорблением чувств верующих. Император Александр III вынес окончательный приговор: “картина отвратительная”, и ее убирают с глаз долой. Репрессии, которым подверглась картина, только подогрели интерес публики, и полотно отправилось путешествовать по Европе, где его ожидали восторженные отзывы. Однако, в Петербурге и Москве почти никто так и не оценил по достоинству его работы, созданные в сельском уединении. 

Финальным манифестом художника становится “Распятие” (1892). Десять лет жизни ушло у Николая Ге, чтобы написать смерть Христа. Он снова и снова воспроизводил на полотне этот сюжет. Окончательной станет лишь девятнадцатая версия картины. Он писал эту работу с натуры: прямо в мастерской был установлен крест с петлями для рук и перекладиной для ног. Он считал, что натурщики должны мучиться почти так же, как и Христос, и даже сам восходит на крест. Ге поставил себе задачу заставить зрителей рыдать, а не умиляться, изображая страсти Христовы. Безусловно, художник был верующим человеком и ему хотелось донести эти страдания, которые претерпел Спаситель. Николай Ге сам повез эту картину на выставку Передвижников в Петербург, но сначала он показал работу Льву Толстому в Ясной Поляне. Толстой со слезами проговорил, что так оно все и было, но вердикт главного цензора, царя, на этот раз был еще более беспощадным: “это бойня”. В первый же день картину сняли с выставки и она попала под запрет. В Третьяковской галерее ее хранили в отдельном помещении, за закрытой занавесью. Публика увидела “Распятие” лишь когда картина покинула Россию - на выставке в Париже в 1903 году. До конца своих дней Ге экспериментировал у мольберта, шокируя своих современников, и прокладывал дорогу для следующего поколения. В свете нового художественного языка следующего века, Николай Ге станет вестником экспрессионизма. Художник скончался на своем хуторе 1 июня (13 июня по новому календарю) 1894 года в возрасте шестидесяти трех лет. 


Bibliography/Источники:

Арбитман Э. Н. (2008) Жизнь и творчество Н. Н. Ге. Волгоград: ПринТерра. 

Ге, Николай Николаевич // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). Санкт-Петербург, 1890—1907.

Карпова, Т. (2011). «Он прожил не улиточной жизнью» | Журнал «ТРЕТЬЯКОВСКАЯ ГАЛЕРЕЯ». [online] Tg-m.ru. Available at: https://www.tg-m.ru/articles/3-2011-32/on-prozhil-ne-ulitochnoi-zhiznyu [Accessed 5 Mar. 2019].

Порудоминский, В (1970) Николай Ге. Москва: Искусство. 

Юшенкова, Т. (2011). Павел Михайлович Третьяков и Николай Николаевич Ге | Журнал «ТРЕТЬЯКОВСКАЯ ГАЛЕРЕЯ». [online] Tg-m.ru. Available at: https://www.tg-m.ru/articles/3-2011-32/pavel-mikhailovich-tretyakov-i-nikolai-nikolaevich-ge [Accessed 5 Mar. 2019].

Tg-m.ru. (2011). Летопись жизни и творчества Николая Николаевича Ге | Журнал «ТРЕТЬЯКОВСКАЯ ГАЛЕРЕЯ». [online] Available at: https://www.tg-m.ru/articles/3-2011-32/letopis-zhizni-i-tvorchestva-nikolaya-nikolaevicha-ge [Accessed 5 Mar. 2019].

Paintings

Peter the Great Interrogates His Son Alexey in Peterhof

Peter the Great Interrogates His Son Alexey in Peterhof, 1871

Oil on Canvas, 135.7 x 173 cm

The State Tretyakov Gallery

Moscow, Russia


What is Truth

What is Truth, 1890

Oil on Canvas, 233 x 171 cm

The State Tretyakov Gallery

Moscow, Russia


Golgotha

Golgotha, 1893

Oil on Canvas, 222.4 x 191.8 cm

The State Tretyakov Gallery

Moscow, Russia