Orest Kiprensky, 1782-1836

Orest Adamovich Kiprensky was Russian painter and graphic artist with an unusual, intriguing, dramatic life, full of mysteries and controversies, and who, by his own example, for the first time managed to present Russian artists in the West as capable and talented masters equal to their Italian, Dutch and French colleagues. There even was confusion in Naples, Italy when the artist’s paintings were taken for the works Peter Paul Rubens, Rembrandt and Anthony van Dyck. The Academy of Fine Arts of Naples simply refused to believe that the Russian artist is able to create such perfection. Numerous art historians call Kiprensky the first real Russian portraitist of the nineteenth century. Indeed, for a long time, this artist was leading in the genre of portraiture, which only has started to get its momentum at that time, in comparison with the established, well-recognised historical genre, which was so respected in society and artistic circles. The style of Kiprensky is highly academic, but there is also a strong tendency towards Romanticism in his work. Perhaps one of the most recognisable and legendary works of Orest Kiprensky is the famous portrait of Alexander Pushkin, made in 1827, which captured the image of the great poet for posterity for centuries. The poet, in turn, dedicated a poem to the artist.

The artist was born on March 24, 1782, in the estate Nezhinskoye near the village of Koporye in Oranienbaum district near St. Petersburg province (today Kingisepp district of Leningrad region). There is no doubt regarding the identity of his mother, it was a serf peasant Anna Gavrilova, but the true father of Orest Kiprensky has been never officially established, however, there is the most reliable version developed by numerous biographers of the painter. A year after the birth of her son, Anna Gavrilova was married to Adam Karlovich Schwalbe, also a serf. However, the landowner, Alexey Stepanovich Dyakonov, was particularly fond of the small Orest. It is assumed that the landowner, who never had legitimate children, is the birth father of the boy. According to the sources, Schwalbe was a good stepfather to an illegitimate Kiprensky. In 1804, the artist painted a portrait of his father and loved this work so much that he could not part with it and even took it with him abroad, where, as the artist himself wrote in his letters: “they considered the father’s portrait to be a masterpiece by Rubens, and others thought it is van Dyck”. In addition to the future artist, the family had five children: a son and four daughters. Dyakonov has acknowledged the talent of the young Orest, and at the age of six the boy was freed from serfdom by his birth father and sent to an Educational School at the Academy of Arts in St. Petersburg. Orest studied foreign languages and sciences, and, of course, drawing, endlessly copying from masterpieces and ancient statues. In 1797, Orest Kiprensky was enrolled in the Academy of Arts in the class of historical painting, which was accessible only to the most gifted students, under the guidance of a respected artist, a representative of classicism and portraitist, Grigory Ivanovich Ugryumov. The young man also actively attended classes of Gabriel Francois Doyen in his classes of decorative painting. Curiously enough, when Orest's brother, Alexander, also entered the Academy in 1880, he was listed under the name of Schwalbe. Some art historians believe that the name "Kiprensky" was adapted from the nickname "Koporye", the artist's place of birth and baptism, while others argue that in the original documents of the Academy, the artist was described as “Kipreyski”, which is derived from “Kypris” and alludes to the Greek goddess of love, and later the name was modernised as “Kiprensky”.

In total, Orest Kiprensky spent about fifteen years at the Academy. The years of his apprenticeship and academic development were mostly filled with success and recognition. The first work of the artist, which has survived to the present day, is a sketch of the painting "The Worship of Shepherds" created in 1799, made with Italian pencil, pen and oil. Orest has gotten a nickname of “Reckless” at the Academy. Among his most bizarre antics there is, perhaps, the most outrageous occasion when during a military parade in 1799, Kiprensky fell on his knees before Emperor Paul I and started pleading to allow him to join the armed forces. The young man was arrested, but strict punishment was not followed: Kiprensky was only scolded. This case indicates that at that time, the young Kiprensky did not feel his calling to be an artist; he did not crave to devote his life to art as often happens with other great artists. Between 1800 and 1801, Orest Kiprensky was awarded two silver medals for drawings from life, and in 1802 he was awarded the Second Gold Medal for the academic programme which resulted into the painting called “Jupiter and Mercury, visiting Philemon and Bavkida as pilgrims”. Another gold medal was given to Kiprensky personally from the Director of the Academy, Alexei Stroganov, for winning the competition for the best sketch of the monument to the deceased Professor of Sculpture, Kozlovsky, In 1803, Kiprensky finished the sketch for the painting “Vikings: father and son, who object to worship Perun in the presence of Prince Vladimir” which brought the Major Gold Medal to the artist as well as diploma of the 1st degree and the sword “for the exceptional success and especially for good, honest and commendable behaviour”, but unfortunately, the competition for a pensioner's trip abroad was lost, and, following this, Orest Kiprensky asked the permission of the director of the Academy and his patron, Stroganov, to stay for another three years in the institution as was the custom at that time in the Academy, “so that under the guidance of professors, they [graduates] could acquire great success not just as students, but as artists”. As a particularly gifted student, Kiprensky, of course, was allowed to stay at the Academy. His first portrait, which the painter put on public display in 1804, he dedicated to his foster father, Adam Schwalbe. The artist’s contemporaries highly acknowledged the painting as one of the best works in Russian art of that era and shown at the Academy exhibition along with other works by Kiprensky, “Portrait of Brigadier Zhukov" and “Portrait of a child”. Later, after the artist's death, the portrait of his foster father was acquired by Emperor Nicholas I and transferred to the Hermitage in 1850.

Finally, at the age of twenty-three, Kiprensky received another Gold Medal of the Academy and the right to go abroad fully funded for completing the painting “Dmitry Donskoy on Kulikovo field”. However, sadly, the trip had to be postponed for eleven years due to the acute military and political situation related to the Napoleonic wars in Europe. The artist did not lose time in vain at home. He was involved in work in the Kazan Cathedral among other graduates of the Academy. Even though Kiprensky created the icon of the Mother of God with the baby, the process of icon painting was not able to captivate the artist. What he truly enjoyed was the abundance of private commissions for portraits: not only aristocrats and statesmen but also wealthy merchants and officials wanted to capture themselves in the work of the most prestigious at that time Russian portraitist. In 1809, Orest Kiprensky went from St. Petersburg to Moscow. This creative trip lasted for three years, during which, in 1811, the artist lived and worked in Tver. Kiprensky was awarded the title of Academician in 1812 for a portrait of His Imperial Highness Prince Holstein-Oldenburg, a portrait of the Lejb-Hussar Colonel Davidov, a portrait of the equerry Prince Gagarin, and a portrait of a councillor in commerce A. I. Kusov. In 1815, the artist was appointed Advisor to the Academy. Finally, in May 1816, due to the sponsorship and personal protection of Empress Elizabeth Alekseevna, whose portrait he had once painted, Kiprensky was able to travel abroad: first, he went to Germany, and then to Italy. During this period, Orest Kiprensky was already thirty-four years old – he was a mature, authoritative and established master of his craft. In Italy, the artist painted portraits, turned to religious and historical subjects, inspired by antiquity and learned from the virtuosos of the Renaissance. The artist wrote in his memoirs: “at the sight of the creations of geniuses, courage is born, which instantly replaces several years of experience”. The fact that the Florentine Academy offered Kiprensky to paint his own portrait is surprising and incredible: Kiprensky was the first Russian artist to receive such an honour.

An interesting story, which subsequently has greatly influenced the life of the artist, is the creation of the painting “A girl in a poppy wreath with carnations in her hands” (1819). It is a portrait of a ten-year-old girl, Anna-Maria Falcucci, who was called by everyone just Mariucci. The artist met her when he was looking for a model to paint a young Bacchante in the painting “Anacreon's tomb”. Kiprensky, in fact, became the guardian of the girl, who had poor health and was living in poverty, paying her mother a monthly allowance and taking care of Anna-Maria. The artist repeatedly tried to achieve the right of full protection over the girl, explaining his actions, as mentioned in some sources, by “suspicious behaviour” or “obscene life” of the girl’s mother. Thus, the most significant romantic story of the artist’s life which lasted until his death has begun. However, in connection with the confusing and dark incident related to the model, a beautiful Italian, who was found murdered in the studio of Kiprensky, fortune turned away from the artist, and his life in Italy suddenly became a nightmare. The artist extended his pension trip twice, but in 1822 he still had to leave his beloved country, especially since the shadow was cast on Kiprensky's reputation in relation to the unsolved murder of his model. The tension was so palpable that even street boys were throwing stones at him, and local traders threatened to kill him. Kiprensky himself claimed that the woman was killed by his Italian servant, who died a few days after the incident from an unknown illness. On the way home, Kiprensky stopped in Paris and tried to show his paintings at the Salon, but was rejected by the society, which had heard about the crime in the artist's studio. The writer Konstantin Paustovsky wrote about this dramatic, difficult time in the life of the painter: "Kiprensky was thrown out of society. He held grudges. There was no return to Italy. Paris didn't want to notice him. There was only one place on earth left where he could go to forget the terrible days and then take up the brush. It was Russia, his abandoned Motherland, which had seen the artist’s prosperity and glory”. So, in 1823 Kiprensky returned home. Before leaving, he had negotiated with the papal authorities, turning to the cardinal Gonzalvi for help, that Mariucci would be safely put into the Catholic convent. He left money for all the expenses that might arise. Kiprensky himself also did not know where Mariucci was taken, and only met with her when she had already become an adult, finding her during his second trip to Italy.

Upon his return to Russia, the artist has not received the former admiration and enthusiasm that he had used to. In addition to that, some new successful painters had come into fashion among the well-to-do public while he was away. Kiprensky was greeted with a chilly welcome - his long absence and the rumours that had reached St. Petersburg about the tragic incident associated with the model and his illicit and dubious relationship with an underage girl. But with a passage of time when the dust has settled, and all those gossips have been silenced, Orest Kiprensky again began to receive commissions and participate in major academic exhibitions. However, the heart of the artist remained in Italy, his soul languished in memories of Mariucci, and in 1828, he went back to find the girl. In 1829, he eventually found his beloved muse and in one of the Catholic convents and proposed her to become his wife. The artist was moving a lot during the next few years: he was living in Rome, Naples, Florence, Bologna trying to improve his financial situation. In 1831, Kiprensky was renamed Professor of the second degree of the Academy of Arts in St. Petersburg. In July 1836, he finally married Anne-Marie Falcucci. For this purpose, Kiprensky had to accept Roman Catholicism converting from Russian Orthodoxy. However, not for long the couple were able to enjoy their family happiness. The artist died four months after the wedding, on October 17, 1836, from pneumonia and was buried in the Church of Santa Andrea Delle Fratte in Rome. Soon after Orest Kiprensky’s death, his daughter, Clotilde, was born.

Орест Адамович Кипренский – русский живописец и график с интересной, захватывающей судьбой, полной загадок и туманностей, и которому своим примером впервые удалось представить на Западе русских художников, как способных и талантливых мастеров, равных своим итальянским, голландским и французским коллегам. Так случилось, что в Италии работы художника приняли за произведения Рубенса, Рембрандта и даже Ван Дейка, но никак не хотели верить, что русский художник способен на создание такого живописного совершенства. Многие искусствоведы называют Кипренского первым настоящий русским портретистом XIX века. Действительно, долгое время этот художник лидировал в жанре портрета, который только набирал обороты на тот момент, в сравнении с устоявшимся, признанным историческим жанром, который был так уважаем в обществе. Стиль Кипренского крайне академичен, однако в его работах присутствует и дух течения Романтизма. Пожалуй, одно из самых узнаваемых и легендарных произведений Ореста Кипренского это знаменитый портрет Александра Пушкина, выполненный в 1827 году, который запечатлел образ великого поэта для потомков на века. Поэт же, в свою очередь, посвятил Оресту Кипренскому стихотворение.

Художник родился 24 марта 1782 года в усадьбе Нежинское возле села Копорье в Ораниенбаумском уезде вблизи Петербургской губернии (сегодня — Кингисеппский район Ленинградской области). О личности его матери сомневаться не приходиться, это была крепостная крестьянка Анна Гаврилова, а вот истинный отец Ореста Кипренского так и не был установлен, однако, существует наиболее устойчивая версия, выработанная многочисленными биографами живописца. Через год после рождения ее сына, Анна Гарилова была выдана замуж за Адама Карловича Швальбе, тоже крепостного. Особую нежность к маленькому Оресту питал помещик, как предполагается настоящий отец ребенка, Алексей Степанович Дьяконов, у которого не было своих законных детей. Исходя из источников, Швальбе был хорошим отчимом незаконнорождённому Оресту. В 1804 году Кипренский написал портрет своего названного отца и так полюбил эту работу, что не расставался с нею и даже возил с собой за границу, где как сам художник писал в своих письмах: «...отца портрет они почли шедевром Рубенса, иные думали Вандика (Ван Дейка)». Помимо будущего художника, в семье было еще пятеро детей: сын и четыре дочери. Дьяконов оценил творческие способности мальчика, и в возрасте шести лет Орест получил вольную от помещика и был отправлен в Воспитательное училище при Академии художеств в Петербурге. Мальчик изучал иностранные языки и науки, и, конечно же, рисование, копируя рисунки мастеров и античные статуи. В 1797 году Орест Кипренский был зачислен в саму Академию Художеств в класс исторической живописи, куда брали только самых способных учеников, к уважаемому художнику, представителю классицизма и портретисту, Григорию Ивановичу Угрюмову. Юноша также активно посещал занятия Габриэля Франсуа Дуайена в классе декоративной живописи. Любопытно, что когда брат Ореста, Александр, также поступил в Академию в 1880 году, он числился под фамилий Швальбе. Некоторые искусствоведы полагают, что фамилия «Кипренский» была переделана из прозвища «Копорский», данное художнику по месту его рождения и крещения, другие же утверждают, что изначально в документах Академии художник фигурировал как «Кипрейский», фамилия, которая явно содержит отсылки к одной из греческих версий имен богини любви, Афродиты, а уже позже фамилию стали произносить на новый лад – «Кипренский».

В общей сложности, Орест Кипренский провел в Академии около пятнадцати лет. Годы его ученичества и академического совершенствования были наполнены в большинстве своем успехами и признанием. Первая работа художника, которая сохранилась до наших дней это эскиз картины «Поклонение пастухов» 1799 года, выполненный итальянским карандашом, пером и маслом. В Академии за Орестом закрепилось прозвище «безрассудный». Среди его шальных выходок самой впечатляющей, пожалуй, можно назвать то, что во время военного парада в 1799 году, Кипренский упал на колени перед императором Павлом и стал упрашивать отпустить его в армию. Юношу арестовали, но строгого наказания не последовало: начинающего художника лишь пожурили, устроив ему выговор. Этот случай указывает на то, что на тот момент, молодой Кипренский не чувствовал своего призвания быть художником, не ощущал неимоверной тяги к искусству, как бывало с другими великими художниками. В период между 1800 – 1801 годами Орест Кипренский был награжден двумя серебряными медалями за рисунки с натуры, а в 1802 году он был удостоен Второй Золотой Медали за выполненную академическую программу «Юпитер и Меркурий, посещающие в виде странников Филемона и Бавкиду». Еще одна золотая медаль была дарована Кипренскому лично от директора Академии, Алексея Строганова, за эскиз по конкурсу для памятника покойному профессору скульптуры Козловскому. В 1803 году за исполнение эскиза на Первую Золотую Медаль «Варяги, отец с сыном, отказывающиеся в присутствии князя Владимира поклониться Перуну» Орест Кипренский официально окончил Академию с аттестатом 1-й степени и шпагой «за хорошие успехи и особливо за признанное добронравие, честное и похвальное поведение», но, к сожалению, конкурс на пенсионерскую поездку за границу проиграл и, в связи с этим, попросил разрешения директора Академии, и по совместительству своего покровителя, Строганова, остаться еще на три года в учреждении, как было принято в то время в Академии, "дабы под руководством профессоров они [выпускники] могли приобресть вящие успехи не яко уже ученики, а как художники". Как особенно одаренного студента Кипренского, конечно же, оставляют в Академии. Свой первый портрет, который живописец выставил на всеобщее обозрение в 1804 году, он посвятил своему отчиму, Адаму Швальбе. Картина была признана современниками одной из лучших работ в русской живописи своей эпохи и показана на выставке Академии вместе с другими работами Кипренского, «Портретом бригадира Жукова» и «Портретом ребенка». Позже, после смерти художника, портрет его отчима был приобретен императором Николаем I и передан в Эрмитаж в 1850 году.

Наконец, в двадцать три года, за картину «Дмитрий Донской на Куликовом поле» Кипренский получает Большую Золотую Медаль Академии и право поехать за границу с полным финансированием. Однако, художника постигла здесь неудача: поездка отложилась на целых одиннадцать лет из-за острой военно-политической ситуации связанной с Наполеоновскими войнами в Европе. На родине художник не терял времени даром. Он был привлечен к работам в Казанском соборе в числе других выпускников Академии. Несмотря на то, что Кипренский выполнил икону «Богоматерь с младенцем», иконопись не смогла увлечь художника. Что действительно было ему по душе, так это обилие заказов на портреты: не только аристократы и государственные деятели, но и состоятельные купцы и чиновники желали запечатлеть себя в работе самого престижного на тот момент русского портретиста. В 1809 году Орест Кипренский отправляется из Петербурга в Москву. Эта творческая поездка затянулась на три года, в течение которых, в 1811 году, художник какое-то время жил и работал в Твери. Кипренский получил звание академика в 1812 году за портрет Его Императорского Высочества принца Голстейн-Ольденбургского, портрет Лейб-гусарского полковника Давыдова, портрет Шталмейстера князя Гагарина и портрет советника по коммерции А. И. Кусова. В 1815 году художника назначают советником Академии. Наконец, в мае 1816 года, благодаря спонсорству и личной протекции императрицы Елизаветы Алексеевны, портрет которой он когда-то написал, Кипренский получает возможность выехать за границу: сначала он отправляется в Германию, а затем в Италию. В этот период Оресту Кипренскому уже исполнилось тридцать четыре года – он зрелый, авторитетный и состоявший мастер своего дела. В Италии художник писал снова портреты, обращался к религиозным и историческим сюжетам, вдохновлялся античностью и учился у виртуозов эпохи Возрождения. Кипренский рефлексировал в своих воспоминаниях: «При виде творений гениев, рождается смелость, которая в одно мгновение заменяет несколько лет опытности». Удивителен и прекрасен тот факт, что Флорентийская Академия предложила Кипренскому написать собственный портрет для галереи Уффици. Кипренский был первым из русских художников, кто удостоился такой чести.

Любопытной историей, которая впоследствии сильно повлияла на жизнь художника, становится создание работы «Девочка в маковом венке с гвоздикой в руках» (1819), что является портретом десятилетней девочки, Анны-Марии Фалькуччи, которую все называли Мариуччи. Художник познакомился с ней, когда искал натурщицу для написания молоденькой вакханки в картине «Анакреонова гробница». Кипренский, по сути, становится опекуном девочки, у которой было слабое здоровье и которая жила в бедности, выплачивая ее матери ежемесячное пособие и взяв на себя все заботы об Анне-Марии. Орест Кипренский не раз пытался добиться права полного покровительства над девочкой, мотивируя свой поступок, как указывается в некоторых источниках, «подозрительным поведением» или же «непристойной жизнью» ее матери. Так началась романтическая история в жизни художника, которая продлилась вплоть до его смерти. Однако, в связи с запутанным и темным инцидентом, связанным с натурщицей, прекрасной итальянкой, которую нашли убитой в студии Кипренского, фортуна отвернулась от художника и жизнь его в Италии превратилась в кошмар. Художнику дважды продлевали пенсионную поездку, но в 1822 году ему все же пришлось покинуть любимую страну, тем более что брошенная тень на репутацию Кипренского в связи с нераскрытым убийством натурщицы была настолько ощутима, что даже уличные мальчишки бросались в него камнями, а местные торговцы грозились убить его. Сам Кипренский утверждал, что женщину убил его итальянский слуга, который скончался спустя несколько дней после происшествия от неизвестного недуга. На пути домой Кипренский заехал в Париж и попытался показать свои картины в Салоне, однако был отвергнут обществом, которое прослышало о злодеянии в студии художника. Литератор Константин Паустовский рассказывал об этом драматичном, тяжелом времени в жизни живописца: «Кипренский был выброшен из общества. Он затаил обиду. В Италию возврата не было. Париж не хотел его замечать. Осталось одно только место на земле, куда он мог уехать, чтобы забыться от страшных дней и снова взяться за кисть. Это была Россия, покинутая родина, видевшая его расцвет и славу». Так, в 1823 году художник вернулся на родину. Перед отъездом он договорился с папскими властями, обратившись к кардиналу Гонзальви, о том, что Мариуччи будет надежно определена в монастырский пансион, оставив деньги на содержание девочки. Сам Кипренский встретился уже лишь со взрослой девушкой, разыскав ее во время своей второй поездки в Италию.

В России художник уже не встретил прежнего восхищения и энтузиазма, к которому привык, со стороны общества. Также, появились новые живописцы, которые вошли в моду у состоятельных господ. Кипренскому оказали холодный прием – его долгое отсутствие и те слухи, что дошли до Петербурга, о трагическом инциденте связанным с натурщицей и о его порочной связи с несовершеннолетней девочкой. С течением времени страсти улеглись, сплетни затихли, и Кипренский снова стал получать заказы и участвовать в выставках. Однако, сердце художника осталось в Италии, его душа томилась в воспоминаниях о Мариуччи, и в 1828 году, он едет обратно, на поиски девушки. В 1829 году он находит свою музу в одном из приютов и делает ей предложение стать его женой. Художник много переезжает: он живет в Риме, Неаполе, Флоренции, Болонье, пытаясь выровнять свое материальное положение. В 1831 году Кипренский переименован в профессоры второй степени Академии художеств. В июле 1836 года он наконец женился на Анне-Марии Фалькуччи. Для этого Кипренскому пришлось принять католичество. Однако недолго супруги смогли наслаждаться семейным счастьем. Орест Кипренский скончался через четыре месяца после венчания, 17 октября 1836 года, от воспаления легких и был погребен в церкви Санта Андреа Делле Фратте в Риме. Вскоре после смерти художника родилась его дочь, Клотильда.


Бочаров, И., Глушакова, Ю. (1990) Кипренский. Москва: Молодая гвардия.
Паустовский, К. (1966) Книга о художниках. Москва: Искусство. стр. 37 - 152.
Сарьянов, Д., В. (1982) О. А. Кипренский. Ленинград: Художник РСФСР.
Сурис, Б., Д. (1967) Кипренский - портретист. Ленинград: Государственное издательство изобразительного искусства.
Турчин, В., С. (1975) О. Кипренский. Москва: Знание.
Яковлева, Е. (2017). «Сумасбродный Орест». Почему современники отвернулись от Кипренского. [online] Aif.ru. Available at: http://www.aif.ru/culture/person/sumasbrodnyy_orest_pochemu_sovremenniki_otvernulis_ot_kiprenskogo [Accessed 22 Jan. 2019].
Culture.ru. (n.d.). Кипренский Орест Адамович — биография художника, личная жизнь, картины. [online] Available at: https://www.culture.ru/persons/8231/orest-kiprenskii [Accessed 22 Jan. 2019].
Rus-artist.ru. (2018). Орест Кипренский | Русские художники. Биография, картины, описание картин. [online] Available at: http://rus-artist.ru/2013-10-03-17-19-12.html [Accessed 22 Jan. 2019].
Ru.wikisource.org. (n.d.). РБС/ВТ/Кипренский, Орест Адамович — Викитека. [online] Русский биографический словарь А. А. Половцова. Available at: https://ru.wikisource.org/wiki/РБС/ВТ/Кипренский,_Орест_Адамович [Accessed 22 Jan. 2019].
W.histrf.ru. (n.d.). КИПРЕНСКИЙ ОРЕСТ АДАМОВИЧ — информация на портале Энциклопедия Всемирная история. [online] Available at: https://w.histrf.ru/articles/article/show/kiprienskii_oriest_adamovich [Accessed 22 Jan. 2019].


Portrait of Evgraf Davidov

Portrait of Evgraf Davidov, 1809

Oil on Canvas, 162 x 116 cm

The State Tretyakov Gallery

Moscow, Russia

Portrait of Alexander Pushkin

Portrait of Alexander Pushkin, 1827

Oil on Canvas, 63 x 54 cm

The State Tretyakov Gallery

Moscow, Russia


Self-Portrait, 1828

Oil on Canvas, 48.5 x 42.3 cm

The State Tretyakov Gallery

Moscow, Russia