30 000 negatives of Leningrad’s lost photographer found in the family attic
15.03.2018
They’re calling her “Russian Vivian Maier”, a reference to the American female photographer who was only discovered by the public years after her death, when tens of thousands of negatives were purchased at auction. Masha Ivashintsova had a similar fate, however her life in the then-Soviet Leningrad proved to be far more tragic than turbulent.

Ivashintsova was born into a family of aristocrats, whose wealth was eventually seized during the Bolshevik Revolution. As a little girl, she trained as a ballerina encouraged by her grandmother. However Ivashintsova’s artistic career fell short as her parents enrolled her in a technical college, following her grandmother’s death.

As her life became increasingly turbulent, Ivashintsova grew up to work various jobs, including a theater critic, forever remaining in close proximity to the arts as she was heavily engaged with the underground poetic and photography movement of the 1960s - 1980s Leningrad. Eventually she fell in love with and married the American linguist Melvar Melkumyan, who was also the father of their daughter Asya, a figure of monumental importance in the legacy of Ivashintsova.

In 1976, when their marriage eventually fell apart, Melvar moved to Moscow together with their daughter, leaving Ivashintsova behind. Alone in Leningrad, she found herself drawn towards two other creative men: celebrated photographer Boris Smelov and poet Viktor Krivulin.

“She sincerely believed that she paled next to them and consequently never showed her photography works, her diaries and poetry to anyone during her life.” says daughter Asya.

The remarkable detail about Ivashintsova’s prolific photographic endeavors, is that she continued to photograph almost every day, amounting to an incredible 30,000 negatives. Although she continued to photograph, Ivashintsova fell into a worsening depression which eventually rendered her unable to work. In the harsh and unforgiving Soviet Leningrad, she was given an ultimatum: prison or life in a mental institution.

The following 10 years of her life were spent locked away inside a mental hospital where her spirit and mind were gradually broken by a harsh system and medicinal drugs. She was never able to adapt to the changing world around her, engulfed in the Socialist regime.

“I see my mother as a genius, but she never saw herself as one — and never let anybody else see her for what she really was.” says Asya.

In 2017, it was Asya’s husband who discovered the negatives in a box in the family attic. The body of work is not only vast, but due to her ties to the art world are an incredible testament of the creative and mundane city life of Soviet Leningrad.

Since, Asya’s family has been approached by galleries and buyers interested in purchasing prints, finally granting her mother the recognition she believes she deserved. Although Ivashintsova’s website currently only features a handful of scanned images, and Asya doesn’t have a plan of action, she aims to eventually release all of her mother’s work to the world.

darkmim87
Portrait of Melvar Melkumyar, photographed after the collapse of their marriage
Портрет бывшего мужа Мельвара Мелькумяра, снят после распада их брака

demonstration75
A communist rally in Leningrad
Коммунистический митинг в Ленинграде

helicopterboy76
Portrait of a child wearing fashionable French-like overalls
Портрет ребенка в модном комбинезоне на французкий фасон

monkey78
A chained monkey peering out of the window, taken three yeas prior to Ivashintsova's confinement to a mental institution
Прикованая обезьяна смотрит на мир через окно, снята за три года до заключения Ивашинцовой в психотерапивтическую больницу

30 000 негативов неизвестного фотографа Ленинграда нашли на чердаке

Ее называют «Русской Вивиан Майер», ссылаясь на американского фотографа, которая была открыта публике через много лет после ее смерти, в связи с продажей десятоков тысяч негативов на аукционе. Маша Ивашинцова имела похожую судьбу, однако ее жизнь в тогдашнем советском Ленинграде оказалась гораздо более бурной и трагичной.

Ивашинцова родилась в семье аристократов, чье имущество было захвачено во время большевистской революции. Будучи маленькой девочкой, по настоянию бабушки, она занималась балетом. Однако танцевальная карьера Ивашинцовой не задалась, поскольку после смерти бабушки, родители зачислили ее в техникум.

По мере того как Маша росла, жизнь ее становилась все более бурной. Она занимала различные должности, в том числе работая театральным критиком. Ивашинцова всегда находилась в непосредственной близости к искусству, поскольку она активно участвовала в подпольным поэтическом и фотографическом движении 1960-х - 1980-х годов в Ленинграде. В это же время она влюбилась и вышла замуж за американского лингвиста Мельвара Мелкумяна, который стал отцом их дочери Аси, фигуры монументальной важности в наследии Ивашинцовой. 

В 1976 году, когда их брак окончательно развалился, Мелвар переехал в Москву вместе с дочерью, оставив Ивашинцову одну в Ленинграде. Оставшись одной, она тянулась к двум другим творческим мужчинам: знаменитому фотографу Борису Смелову и поэту Виктору Кривулину.

«Она искренне верила, что недотягивала до их уровня и поэтому никогда не показывала свои фотографии, дневники и стихи никому на протяжении всей своей жизни» - говорит дочь Ася.

Примечательный факт о плодовитости Ивашинцовой как фотографа, заключается в том, что она продолжала фотографировать почти ежедневно, собрав под конец жизни невероятное количество, более 30 000, негативов.

Со временем, несмотря на то, что она продолжала фотографировать, у Маши Ивашинцовой стала развиваться обостряющаяся депрессия, которая в конце концов сделала ее неспособной к работе. Она никогда не смогла смирится и приспособится к окружающим ее реалиям социалистического режима. В суровом и неумолимом советском Ленинграде ей был поставлен ультиматум: тюрьма или психиатрическое учреждение. Следующие 10 лет ее жизни были проведены в психиатрической больнице, где ее дух был постепенно сломлен суровой системой и медикаментами.

«Я вижу, что моя мать - гений, но она никогда не считала себя таковой и никогда не позволяла никому видеть ее той, кем она была на самом деле» - говорит дочь Ася.

В 2017 году муж Аси обнаружил негативы в ящике на чердаке. Обширный труд фотографа является полнокровным свидетельством творческой и повседневной жизни Советского Ленинграда.

После находки к семье Аси уже обратились галереи и покупатели, заинтересованные в приобретении принтов, тем самым предоставив ее матери заслуженное признание. Хотя на веб-сайте открытом в память Маши Ивашинцовой, в настоящее время имеется только несколько отсканированных изображений, Ася намеревается постепенно опубликовать все негативы, открывая работу матери миру.